Корни астрологии

Может ли занятие любовью быть полезным .

Луна богата силою внушенья,

Вокруг нее всегда витает тайна.

К. Бальмонт «Луна»
Астрология — древнее увлечение. Оно сохранилось, пройдя сквозь долгие эпохи, а значит, в основании астрологии лежало что-что разумное, что-что важное для людей. Но что? Я не историк, и подробно ответить на этот вопрос не смогу. Однако некоторые факты происхождения астрологии все же приведу.

korni_astrologii
Многие легко наблюдаемые астрономические явления происходят периодически, отражая суточное вращение и годовое обращение Земли, а также лунный орбитальный цикл. Это восходы и заходы Солнца, Луны и ярких звезд, зимнее и летнее солнцестояния, фазы Луны, гелиакические восходы и заходы звезд и планет (т. е. происходящие на фоне утренней или вечерней зори) и др. Эта регулярная повторяемость астрономических событий, их точное взаимное следование и связь с природными явлениями на Земле дали возможность древним жрецам — астрономам (или астрологам — как вам больше нравится) заранее предсказывать явления, играющие важную роль в жизни людей. Извещение о предстоящей смене сезонов, о приближающемся разливе крупных рек, о наступлении периода дождей, которые были серьезным испытанием для земледельцев, безусловно, повышало авторитет жрецов — звездочетов. Ведение календаря делало их работу необходимой для властителей страны, поскольку позволяло согласованно проводить крупные государственные мероприятия, например, религиозные праздники, а также координировать сроки общегосударственных работ по строительству ирригационных систем, гигантских пирамид и храмов. Так рождалась натуральная астрология —прообраз календарной системы.
Впрочем, интерес к звездочтению был вызван не только экономическими причинами. Время от времени происходили события, не затрагивающие бытовых проблем, но вызывающие всеобщий интерес, а иногда и ужас. Речь идет о солнечных и лунных затмениях, о появлениях комет и метеорных дождях, в общем, о «небесных явлениях». К тому же, будем иметь в виду, что в древности к «небесным» относили и все атмосферные явления: цвет Солнца и Луны на восходе и закате, направление и силу ветра, гало и другие оптические феномены, указывающие на степень запыленности воздуха, на характер атмосферной циркуляции, на температуру верхних слоев воздуха. Поэтому натуральная астрология была еще и предтечей метеорологии.
Подмеченная древними наблюдателями связь между движением светил и событиями на Земле не могла не привести к обожествлению «небесных огней» — так появились астральные элементы в месопотамской религии. Но для астролога божественная природа светил не имеет первостепенного значения; по сравнению с религиозным почитанием интересы астролога более утилитарны. Звезды и планеты для него лишь источник информации о событиях на Земле.
Самые ранние свидетельства увлечения астрологией относятся к XXIV в. до н. э. [8]Долгое время искусство звездочтения оставалось по сути астрологией предзнаменований:если на небе наблюдалось какое‑то событие — яркий метеор, комета, соединение планет, затмение, гелиакический восход светила, и т. п., — то и на Земле ему последует определенное событие. Вот несколько примеров: [9]
Тусклый Марс — к удаче, а яркий — к неудаче. Когда Марс следует за Юпитером, год будет удачным.
Если Луну окружает гало и в нем находится Юпитер, значит, король окажется в осаде. Если гало рвется, то это не знак беды. (Брешь в гало представляет путь для побега короля.)
Подобные предзнаменования мог делать даже малообразованный астролог, но другие рецепты предполагали ведение календаря, знание зодиака и умение ориентироваться на местности. Показателен в этом отношении древневавилонский текст, говорящий о месяце таммузе, когда Солнце пребывает в созвездии Рака:
«В первый день, если случится затмение, если оно начнется на юге и будет светло (если будет день), — умрет великий царь… во второй день, если наступит затмение и начнется с севера и будет светло, царь будет воевать с царем… в третий день, если наступит затмение и начнется с востока и будет светло, — польются дожди и будут наводнения» и т. д. [10]В результате многовековых наблюдений жрецы подметили определенные закономерности в небесных явлениях и научились предсказывать некоторые из них. Первыми среди прогнозируемых небесных явлений стали лунные затмения, а позже и солнечные. Умение предсказывать их значительно укрепило авторитет жрецов.
По мере развития натуральной астрологии древние мудрецы обратились к юдициарной астрологии, пытающейся по расположению небесных светил определить судьбу человечества и отдельных его представителей (правда, сам этот термин появился лишь в средние века и отражал господствовавший в то время детерминизм в астрологии: лат. judicium — приговор). За много веков до новой эры астрология этого толка процветала в Египте, Халдее (Междуречье) и Китае. Например, у древних египтян человеческое тело делилось на 36 частей и на такое же количество частей делился весь пояс зодиака: каждая часть тела находилась под покровительством определенной группы звезд и для нее составлялся отдельный гороскоп. Такие схемы — гороскопы можно обнаружить на гробницах египетских фараонов. Связь звезд с частями человеческого тела признавалась, по — видимому, во всех странах Востока — в Персии, Индии, Китае, Японии, — хотя схемы этой связи, как и число созвездий зодиака, у разных народов заметно различалось.
Настоящего расцвета астрология достигла в первом тысячелетии до новой эры в странах Междуречья. Храмовые жрецы Вавилона и Ассирии постоянно наблюдали за положением Луны и планет и должны были регулярно посылать царю отчеты о том, что произошло на небе, со своим толкованием наблюдавшихся явлений. Так, библиотека царя Ашурбанипала (669–633 до н. э.) служила своеобразным архивом, в котором сохранялись эти отчеты; для более полного их толкования здесь собирались и копии всех старых данных. Таким образом, астрономы той поры накопили огромный наблюдательный материал.
Не имея возможности объяснить свои наблюдения с помощью наглядной математической теории, жрецы все же выработали некоторые правила для предсказания положения планет среди звезд. Это привело к бурному расцвету астрологии в период ассирийского владычества. С тех пор, кстати, и закрепилось за астрологами прозвище «халдеи» — по имени народа, населявшего часть Вавилонии на территориях современных Сирии и Палестины. Именно в Месопотамии в середине I тысячелетия до н. э. возникла гороскопная астрология,принципиально отличающаяся от астрологии предзнаменований. Гороскопная астрология опирается на важные теоретические понятия — эклиптика, горизонт, углы и единицы времени. Это стало возможным благодаря успехам месопотамской математической астрономии: созданию теории движения Солнца, Луны и планет, позволившей вычислять как вперед, так и назад во времени астрологически значимые небесные явления.
При дворах могущественных монархов, которые, стремясь расширить свои владения, вели непрерывные войны, астрология находила благосклонный прием и хороший рынок сбыта для своих предсказаний. Поначалу гороскопы составлялись для державы или для ее монарха; простые люди довольствовались общими предсказаниями типа «Если ребенок родится в 12–й месяц, он будет жить долго и иметь много детей». Составление персонального гороскопа в ту эпоху стоило больших усилий. Самые древние известные нам гороскопы происходят из Вавилона и относятся к V в. до н. э. (наиболее ранний датируется 410 г. до н. э.). Можно не сомневаться, что астрономические наблюдения в ту эпоху проводились специально для составления этих предсказаний. Но накопление наблюдательного материала рано или поздно не могло не привести к качественному скачку в науке о звездах.
В то время, когда астрология получила развитие в вавилонской культуре, просвещенные умы Древней Греции еще не были ею заражены: их рассуждения полны логики и независимы от предрассудков толпы. Вот, например, как Аристотель (IV в. до н. э.) относился к мифам собственного народа: «Не следует придерживаться воззрения, выраженного в мифе древних, который гласит, что для сохранения Небо нуждается в Атланте; те, кто сочинил эту басню, держались, по — видимому, того же воззрения, что и последующие (мыслители), а именно они думали, что все небесные тела имеют тяжесть и состоят из земли, и потому подперли Небо на мифический манер живым принуждением» [11]. Астрологические представления не находили себе места в величественной системе мира, развитой Аристотелем.
Однако картина меняется, когда после завоевания Персидского государства Александром Македонским (IV в. до н. э.) Восток и Запад пришли в соприкосновение. Соединение восточного богатства экспериментальных фактов и греческой способности к абстрактному мышлению послужило началом золотого периода древней науки. Вместе с восточными знаниями в представления западных народов пошла и астрология.
В Древней Греции астрология стала составной, но не доминирующей частью науки о звездах. Да и как она могла подавить собой науку в столь развитом обществе? Еще 28 мая 585 г. до н. э. наблюдалось полное солнечное затмение, которое впервые предсказал знаменитый греческий ученый Фалес Милетский (624–548 до н. э.) на основании знания сароса — периода, равного 18 годам и 11,3 дня, по прошествии которого затмения повторяются в прежнем порядке. Правда, позже, когда греческий ученый Посидоний (около 135-50 до н. э.) обратил внимание на зависимость приливов и отливов от положения Луны, этот факт был истолкован как доказательство влияния «планет» на нашу жизнь. С тех пор по поводу приливов между астрономами не раз происходили принципиальные споры. Известно, например, что Г. Галилей отказывал в уважении И. Кеплеру за то, что тот считал Луну виновницей приливов (см. об этом ниже). Очевидно, и в борьбе за правое дело неизбежны перегибы.
Вероятно, астрология была распространена среди стоиков, философская позиция которых основывалась на фатализме — вере в судьбу. Склонный к стоицизму греческий поэт Арат (около 315–239 до н. э.) написал поэму «Явления», служившую для широкой публики учебником астрономии и метеорологии. Она оставалась популярной в течение многих веков: византийский механик Леонтий (VII в. н. э.) в сочинении «Об изготовлении Аратовской сферы» пишет, что «небесные сферы (т. е. звездные глобусы. — B. C.) стали делать, чтобы лучше понимать поэму Арата, поэтому они и называются его именем» [12].
Впрочем, в астрономии Арат был дилетантом, и отношение к нему ученых, вначале восторженное, позже точно выразил Гиппарх в своих комментариях к поэме: «Видя, что с большей части вещей, весьма важных, Арат расходится с явлениями и с тем, что есть на самом деле… я решил… для общей пользы письменно указать, что мне кажется ошибочным». После того как Гиппарх доказал, что Арат все содержание поэмы заимствовал у Евдокса (ок. 408–355 до н. э.) и что у того и у другого много ошибок, поэма перестала интересовать профессиональных ученых. Но публика ее читала, вероятно, по причине высоких литературных достоинств.
Усердно воспринимавший греческую культуру Рим тоже не прошел мимо поэмы Арата: ее переводили на латинский неоднократно, в том числе Цицерон (106-43 до н. э.). До нас дошел перевод, сделанный в 15 г. н. э. римским полководцем Цезарем Германиком — приемным сыном императора Тиберия, отцом Калигулы и дедом Нерона. Пользуясь трудами Гиппарха, Германик внес в поэму многочисленные изменения и дополнения как научного, так и мифологического характера. Он заменил третью — метеорологическую — часть поэмы на астрологическую. У Арата эта часть поэмы называлась «Прогнозы». В первой части поэмы содержались посвящения богам и императорам. Основная — вторая часть поэмы излагает то, что в старые времена называлось астрогнозия(знание звезд), то есть искусство узнавать на небе звезды и созвездия, определять по ним время и ориентироваться в пространстве. В рамках астрогнозии изучались также названия звезд и легенды о них. Однако в поэме встречаются указания по кораблевождению и землепашеству, основанные на прогнозе погоды по звездам, а фактически — по сезонам года, на которые указывает положение созвездия в определенное время суток:
Много природа дала человеку спасительных знаков.
Следуя коим, всегда избежать погибели сможем.
Рекомендации Арата и вслед за ним Германика выдержаны в духе натуральной астрологии:
…Теперь пора нам дерзкие взоры
Вверх обратить, чтоб светил движенье по небу
постигнуть,
Звезды узнать, что несут беду моряку, земледельцу,
Если ветрам корабль доверяют, иль пашне — посевы.
Однако римлянину Германику трудно было ограничиться советами в рамках натуральной астрологии: общественное мнение требовало рецептов для предсказания судьбы.
Чтобы представить ситуацию в Риме тех лет, следует напомнить, что правители тогда пользовались услугами авгуров, якобы толковавших волю богов при помощи ауспиций — наблюдения за полетом и криком птиц, за небесными явлениями, за едой священных кур и т. д. И хотя сами авгуры, как указывает Цицерон, с трудом удерживались от смеха, совершая свои манипуляции, официально высказывать сомнения в справедливости гаданий было небезопасно.
У многих римских императоров астрологи были в чести. Так, император Август (63 г. до н. э. — 14 г. н. э.) благоволил к астрологам, и ему посвящена поэма Манилия «Astronomica» —древнейший из сохранившихся памятников римской астрологии [13]. Интересовались астрологическими предсказаниями Тиберий и Калигула. Но известны императоры, относившиеся к астрологам весьма недоброжелательно: Клавдий (правил в 41–54 г. н. э.) и Вителлий (69 г. н. э.) издавали декреты, изгонявшие астрологов из государства. Позже Диоклетиан (284–305) и Констанций (337–361) осуждали и даже запрещали законами деятельность астрологов. Но особенно сурово их преследовал византийский император Юстиниан I (527–565), стремившийся к прочному союзу с церковью. Впрочем, некоторые императоры поступали весьма осторожно и, подобно Веспасиану (69–79 г. н. э.), изгнав астрологов из Рима, сохраняли их при своем дворе. Другие же относились к астрологии восторженно и не только разрешали школы астрологического искусства, но и содержали их за счет государства.
Как видим, столичные нравы в Римской империи менялись вместе с императорами. Возможно, именно поэтому наиболее значительные научные труды той эпохи были созданы в просвещенной провинции — в Александрии, еще остававшейся к началу II века крупным научным центром. Как известно, значительная часть знаменитой Александрийской библиотеки погибла при пожаре в 47 г. до н. э., однако позднее она была восстановлена и пополнена за счет Пергамской библиотеки. Лишь в 391 г. христиане — фанатики уничтожили часть Александрийской библиотеки, а последние ее остатки погибли, видимо, при господстве арабов в 7–8 вв. А в период относительного спокойствия в этой великой библиотеке работал один из крупнейших ученых античности Клавдий Птолемей (ок. 87-165 гг. н. э.).
Здесь мы остановимся и спросим: «А правда ли, что некоторые великие астрономы были астрологами?»

Комментарии закрыты.